« предыдущий следующий » Фото:  «Галерея на Солянке»

В «Галерее на Солянке» пройдет выставка художника Григория Перченкова из цикла «Открытия советского периода»

Трудно соединить имя Григория Перченкова с каким-либо определенным направлением в современном отечественном или зарубежном искусстве. Это вполне объяснимо: он почти не участвовал в художественном движении, даже был отторгнут от него - не только от официального или полуофициального искусства, но и от «другого». Он не учился ни в каком высшем учебном заведении и поэтому не мог воспользоваться «школой» хотя бы для того, чтобы ее преодолеть и приобрести хоть какую-то точку отсчета. Высшую школу ему заменило ученичество в детских студиях: сначала уроки Р. Рабинович и Н. Лурье - учениц и последовательниц Р. Фалька, а затем тонкого и опытного живописца и педагога А. Глускина сближали его с высокой живописной традицией. С детских лет и до конца жизни его волновали великие мастера далекого и недавнего прошлого - Рембрандт и Руо, Ван Гог и Шагал. Из всех учителей лишь М. Рогинский мог приобщить молодого Перченкова к так называемым левым направлениям. Но и это влияние не было определяющим. На всем - и даже раннем творчестве художника как бы нет печати ученичества.

Перченков словно боялся избыточности мастерства, его самодостаточности. Поэтому мы воспринимаем его живопись без любования, но с волнением сердца, готовые к душевному отклику, и для нас важнее всего сообщенное нам ощущение причастности к напряжению мира и времени - напряжению, к которому даром свыше приобщен художник.

Многое в характере искусства Григория Перченкова определяет его графика - и прежде всего серия рисунков, относящихся к началу 70-х годов. В ней воплотился интерес художника к другому лицу. Рисуя головы и фигуры, художник как бы заслонял себя другим. Он выставлял себя лишь в меру той энергии, с которой задавался вопрос, обращенный к другому. Уже здесь была заключена высокая нравственность художнической позиции. Он «болел» за другого, волнуясь его судьбой, невостребованностью жизнью и неустроенностью быта. В круг высоких представлений о существе человека входил мир коммунальной квартиры, где по углам комнат в своих стульях проводят большую часть своей жизни взрослые и дети («Петя», «Коля», «Хаим» - забытый Богом инвалид войны в пилотке), и московского двора, где с безотчетным пылом тратят свою энергию хрупкие мальчишки («Мальчик с клюшкой»,«Мальчик в кепке»). Эти герои не идеальны, они не отмечены ни интеллектуальным, ни нравственным совершенством. Перченков не только не стремится их приукрасить, но даже подчеркивает присущую им нелепость, угловатость, неловкость. И, тем не менее, он печется об их судьбе, ставя на фоне у головы портретируемого свой особый «охранный знак» или знак души - серое пятно, словно растворяющееся в воздухе, бестелесное, но способное – по мысли художника – уберечь изображенного от несчастных случаев или превратностей судьбы. Наивная вера! Но сколько в ней всепобеждающего простодушия!

Казалось бы, такая традиционность могла бы отдалить художника от современного мироощущения. Но этого не случилось - прежде всего, благодаря тому, что мышление художника удивительным образом сочетает в себе бытовой и мифологизированный компонент. Многие из зрелых живописных произведений, созданных в 70-е годы, демонстрируют это сочетание, особенно произведения, покоящиеся на портретной основе, хотя чаще всего не поименованные портретами конкретных лиц... Доброе и злое, сильное и слабое, твердое и хрупкое - эти качества постоянно присутствуют в картинах Перченкова, как объект воплощений - иногда одновременно в одной картине, определяя диалог, драматургию контрастов […], в иных же случаях человек и человек или человек и вещь проникнуты единым состоянием взаимной любви, тревоги за другого. […]

Дмитрий Сарабьянов

Выставка работает 4 по 22 июля 2007 г. с 12:00 до 20:00, ежедневно, кроме понедельника.

* * *

«Галерея на Солянке»
Адрес: ул. Солянка, 1/2, стр. 2 (вход с ул. Забелина)