Параллельное время
(летний дневник)

9

    За стеной пионерской комнаты, где я поджидал пионервожатых из Краснодара, существовала лагерная библиотека. Там всегда очень пахло мочой. Я сушил там бельё, когда мой младший сын Пётр прописывал всё насквозь. В пионерской библиотеке кроме классики числилось еще 1368 книг. Это было бесконечное количество линий про пионеров, про каких-то героических людей, про танкистов, про башкирских пионеров, просто строчки. В них не было никакого смысла или намека на прозу. Вдруг выяснилось, что на свете живет очень много детских и взрослых писателей: Борис Поярчук, и Доярчук, и Марина Кравцова, и Наташа Бабцова, и другие, и с этим следует что-то делать. Проще всего было бы всех послать на хуй в параллельное время, чтобы они не толкались тут на полках. А пока я переписывал на стены очень много стихотворений из Евгения Онегина и погружался туда всё глубже. Шли пушкинские чтения, и по радио выступала всякая сволочь. Какие-то его соратники по лицею. Вообще, это большое счастье, что Пушкин не дожил до старости.
    Бродский писал: "…и уже седина стыдно молвить где…", вот Пушкин до этой седины не дожил. Впрочем, в Михайловском, с оконцами из бычьего пузыря, Пушкин не много бы седых волос насмотрел.
    Няня ему тоже не помощница, хоть я подозреваю, что она была довольно молодой женщиной. "И ты еще жива моя старушка", - писал хоть и не Пушкин, но это только шутка. Никакая она не старушка. Так мне подсказывает чутьё. И Бабцова и Доярчук тоже не очень бы ему с этой сединой помогли, и уж точно ничего бы ему не дали написать. Хоть они и рассыпались в любви к Пушкину по "Маяку". Они бы его скорее совсем затрахали с этой "сединой на яйцах". Но сейчас их время, мелкое время. И родиться может только мелкий талант, потому что на Земле стало слишком много людей. И большой талант до человека практически не донести. Мне лучше не объяснить. Даже поэтов, пусть самых сраных, но много тысяч, а каждому ведь хоть по капле таланта достаться должно. А тогда, лет двести назад, тоже было довольно гнусное время, но оно было более разряженным. И само по себе было больше похоже на параллельное время. Ведь по параллельному времени можно лететь часами, пока не услышишь какой-нибудь колокольчик или разбойничий свист. И люди были независимее.
    Даже такой гордец как Бродский принарядился для получения Нобелевки, но я надеюсь, что Пушкина должно бы было от такой обезьяньей славы тошнить.